Трудности и радости служения, Шляпин Д.А., интервью

На наши вопросы ответил выпускник семинарии Шляпин Дмитрий Анатольевич. Он несет пасторское служение в церкви «Благодать»  г.Красноярска. Большая часть его служения посвящена ученичеству и душепопечению.

— Дмитрий Анатольевич, с какими трудностями ты, как пастор, сталкиваешься в церкви? Какие цели для дальнейшего развития стоят перед тобой?

В моем служении есть две составляющие —  это пасторское попечение и вопросы администрирования. Честно сказать, работы очень много. У нас большая церковь и, чтобы равномерно распределить нагрузку, в нашей церкви нас двое пресвитеров. Мы определили каждому из нас тех людей, о которых мы заботимся. На меня приходится около сотни человек.

Еще братья доверили мне заниматься ученичеством в церкви. С этим связана организация различных образовательных мероприятий, встреч по наставничеству и конференций. Кроме проповеди в церкви, я составляю расписание служений, готовлю различные программы, провожу группы по изучению Библии. Это большая, просто гигантская работа! Конечно, в первую очередь, я забочусь о тех, кого мне поручили, но и остальных я не оставляю без внимания.

Какие трудности я вижу в своем служении? К сожалению, не все вовлечены в ученичество или участвуют в нем неодинаково.  Поскольку церковь большая, то очень сложно правильно все организовать. Нелегко  скоординировать учебные планы с потребностями и возможностями каждого члена церкви. Это большая задача, которую мы стараемся решить уже несколько лет.

Если говорить о пасторской опеке, то вижу, что мне не хватает времени, чтобы уделить должное внимание каждому. У нас просто не хватает служителей-братьев, чтобы можно было бы распределить нагрузку и охватить заботой каждого в церкви. Физически в течение года обойти сотню человек очень трудно. Это можно сделать формально, но понятно, что некоторым требуется больше, чем одна встреча. И это наше слабое место в служении. Некоторым не удается оказать своевременную духовную поддержку. Иногда сложно отследить, кому какая именно помощь нужна. Приходится делать нелегкий выбор между приоритетными задачами. Тут просто необходимо, чтобы было больше делателей. Мы ожидаем братьев и в пасторстве и ученичестве. Некоторые сестры готовы и хотят заниматься служением, например, малыми группами или наставничеством, но таких ответственных среди братьев очень мало.

Как ты думаешь, почему братья не проявляют должной инициативы и не берут на себя ответственность за других?

Этому есть множество причин. Как пастор могу сказать, что  одна из них — это следствие того, что пастор что-то упустил, это результат его недоработки. Мы тоже люди, и поэтому тоже несовершенны.

Следующая причина в том, что окружающее общество, мир, современные ценности диктуют приоритеты для мужчин. Очень часто братья устраиваются на 2-3 работы. У них просто не остается времени и возможностей участвовать в церковной жизни. Служение, с их точки зрения, не приносит никакой прибыли. Было бы намного лучше, если бы некоторые братья были бы более скромны в своих притязаниях относительно себя. Еще на них влияют требования семьи. Когда в воспитании детей и в отношениях с супругой что-то упущено, то это тоже становится преградой для служения Богу.  У домашних появляются требования удовлетворить их определенные желания. Часто, они хотят  быть в ногу со временем. Молодежь не желает отличаться от других или быть хуже сверстников. Их желание иметь модный телефон, чтобы у жены была дорогая шуба, чтобы была машина последней модели и всегда заправлена. Этому есть множество примеров, и все это вопросы ценностей и приоритетов.

Еще есть, конечно, неверные представления о служении. Некоторые  хотят служить, но, скорей всего, благодаря им церковь может превратиться в известную басню «Лебедь, рак и щука». Они не готовы работать в команде. Когда они что-то предлагают, то требуют, чтобы было именно так, как они хотят и никак иначе. Они выражают свой протест, когда сидят и ничего не делают, а иногда даже противодействуют принятому решению. Причина всему этому — недостаток духовной зрелости, отсутствие понимания библейского учения.

Следующая причина в отсутствии сбалансированного понимания библейских доктрин. Есть те, кто «зацепился» за какую-то доктрину, погрузились в неё с головой и даже качественно о ней размышляют. Но когда человек развит лишь в одном направлении, тогда у него может отсутствовать здравое понимание в других сферах. Такой человек если и вносит свою лепту в дело служения, то она «перекрученная», гипертрофированная. Нужно всегда помнить, что Библия состоит не из одной доктрины. Этот вопрос тоже надо приводить в порядок.

Получается ли у тебя воспитывать братьев как служителей? Какое ты видишь развитие в этой сфере за время твоего пасторского служения?

Есть разные братья. Среди них есть как положительные, так и отрицательные примеры. Если начинать с плохой новости, то бывает, когда вкладываешь в человека душу, силы, средства и ожидаешь, что брат станет более зрелым. Он начинает подавать признаки духовного взросления, проявляет инициативу. Но через некоторое время все меняется в худшую сторону. И это очень горько. Причины этому разные. Как я уже говорил, это, прежде всего, вопрос ценностей и приоритетов. Также это касается понимания своего призвания.

Но радуют и положительные примеры. Среди тех, кому я посвящаю свои усилия, заметен добрый результат. Я молюсь и надеюсь, что из них вырастут те, кто впоследствии будет способен не только помогать в служении, но и дальше развивать его. Они впоследствии заменят действующих служителей. Думаю, что кто-то из них станет пастором или поедет трудиться в те церкви, где в них есть нужда.

Сложно привести статистику того, каких примеров больше: хороших или негативных. Я полностью не знаю всей картины. Церковь большая, я стараюсь вникать и в нужды тех членов, за которых отвечает другой пастор, но не могу с уверенностью сказать о результатах в их жизни. С уверенностью могу сказать лишь о тех, с кем я общаюсь. Есть те, кто подрос, и им нравится заниматься ученичеством. В этом у них возникают свои определенные сложности, которые мы учимся вместе преодолевать. Есть те, кто занялись обучением, но потом не смогли его завершить. Есть те, у кого есть к этому желание, но есть трудности, с которыми им пока не удается справиться.

Мое служение похоже на большой микшерский пульт. Нужно все настроить, отрегулировать, чтобы добиться гармоничного звучания. В этом я всегда осознаю свою полную зависимость от Господа, нуждаюсь в Его руководстве и благодати.

— Ты в своей работе каждый год узнаешь что-то новое. Скажи, как изменилось твое понимание и отношение к пасторскому служению за то время, когда ты этим занимаешься?

Семинария дала мне ориентиры, заложила фундамент верного понимания и отношения к служению пастора. Это очень помогло мне, когда я приехал в церковь трудиться. Это основание и ориентиры не изменились, они остаются таковыми и по сей день. Изменилось то, что можно назвать «опытным» знанием. Чем больше появляется опыта, тем больше есть причин для радости или для печали. Радостно от того, когда понимаю что-то такое, чего раньше не понимал. Это происходит тогда, когда приходиться сталкиваться с проблемами людей, работать с ними. Вижу, что им помогаю, чувствую свою полезность, слышу благодарность. Но особенно радует, когда замечаю, как Слово Божие живо и действенно.

А грустно от того, что все больше и больше понимаю масштабы труда и свою ответственность. Я понимаю, что работы хватит до конца жизни и не только моей, но и всех последующих поколений. Нужд очень много, и, кажется, что сил и человеческих ресурсов не хватает. Очевидно также, что мы — пасторы — еще не научились пользоваться всеми своими возможностями настолько эффективно, чтобы все было в порядке. Получается, как в притче о Сеятеле.  Что-то упадет при дороге, что-то на камень, а что-то в добрую почву. Если бы знать, где добрая почва, то мы бы не разбрасывались семенами, а семена — это тоже трата. Такая опытность приходит со временем.

Также все больше убеждаюсь, что все люди разные. Каждая душа — это новая большая загадка. Снова и снова приходится начинать заново, с чистого листа. В целом есть понимание каких-то общих принципов, относительно проблем человека. Когда же сталкиваюсь с каким-то конкретным членом церкви, то понимаю, что вот оно, мое новое задание, и приходиться заново всему учиться.

Иногда замечаю какой-то шаблон, но это может таить в себе опасность. Не обязательно, что если решать вопросы по шаблону, то такой метод позволит справиться с очередной проблемой. Для каждого отдельного человека надо находить индивидуальное решение, чтобы помочь. А так, каждый человек подобен новой планете, которую надо осваивать заново. Это бывает тяжело, не всякий готов этим заниматься. Здесь возникает горечь, усталость. Я понимаю свою миссию — принести пользу, но если этого не происходит, то это огорчает. Порою людям кажется, что они не нуждаются в помощи, и поэтому не принимают мои наставления. Иногда не хотят, чтобы вмешивались в их жизнь, или чтобы именно я это делал.

Я радуюсь и благодарю Бога, что Он снова и снова освежает и ободряет меня Своей милостью, поддерживает ею на плаву. А если обращать внимание только на людские проблемы, то это часто — источник печали. В последний год много размышляю о двух ключевых понятиях — Божия святость — это первое, и человеческая греховность – это второе. Мы – пастыри, как будто находимся между молотом и наковальней . С одной стороны, мы принадлежим к падшему человеческому обществу. С другой стороны, мы должны быть ближе к Богу. Это ответственность пастора – быть примером для церкви, в этом тогда его миссия.

— Какую роль твоя семья играет в служении, которое ты несешь?

Прежде всего, моя семья — это моя поддержка. Если говорить  образно, я пошел в поле боя, получил какие-то раны, вернулся домой,  к семье. Она подобна госпиталю. Там обо мне позаботятся и помогут. Я также понимаю, что семья не может быть для меня единственной опорой, но часто бывает, что только она таковой и остается. В служении, моя семья — это мои тылы. Она создает все необходимые условия для моей работы в церкви. Только дома я могу получить то понимание, в котором так нуждаюсь. В семье мне всегда рады, всегда поддержат. Поэтому для меня семья — это не препятствие в служении, а огромная помощь.

Как моя семья вовлечена в служение церкви? Она показывает определенный образец для других. Моя супруга достаточно коммуникабельна. Она делится своим опытом с другими сестрами. Во-первых, своим христианским опытом, супружеским опытом. Во-вторых, она часто бывает для меня обратной связью, когда разговаривает с другими людьми. У неё может быть иной взгляд на ситуацию, она замечает то, на что я не обратил внимания, и в этом она дополняет меня. И, наконец, мы размышляем вместе о церкви, о проблемах, о дальнейшем развитии. Сейчас у нас маленькие дети, и поэтому  большей частью моя жена заботится о них. Один ребенок дошкольного возраста, а другой еще совсем маленький. Этим ограничено активное участие моей супруги в жизни церкви. Я благодарен Богу за мою семью, это дар Его благодати, которая так необходима мне в служении. Слава Богу!

Comments are closed.