Беседа со студентом: Алексей Шерин «если Бог призывает, то Он и силы дает»

С 9 по 19 ноября в семинарии проходит экзаменационная сессия заочной программы, куда для учебы съехались братья со всех городов России. О себе и своем служении в интервью рассказал первокурсник Алексей Шерин, на данный момент трудящийся на миссионерском поприще в Норильске и исполняющий там обязанности пастора.

— Алексей, расскажи немного о себе, откуда ты родом?

Я родился, вырос, учился – все в Красноярске. Лет, наверное, с шести я ходил в церковь с мамой. Мама была верующей, папа – неверующим, поэтому я такой 50% ДВР. Интересно было очень в воскресной школе, и я достаточно эффективно занимался. Потом я постепенно пришел к выводу, что вся моя вера, скорее, лицемерие. В церкви я – один, дома – другой, во дворе – третий. Каким хочет тебя видеть общество – так и подстраиваешься. И понял, что, наверное, попаду в ад, если так и буду мыслить дальше. Среднюю школу закончил, музыкальную школу закончил, всегда в жизни должен был быть движняк. Сидеть на месте мне не нравилось. И вот в 15 лет я услышал очень важный призыв, который все внутри меня изменил.

czT2dZsdck0— Какой призыв?

Это был призыв на миссию от миссионера, который, как ни удивительно, был из Норильска. Этот миссионер был на тот момент пастором норильской церкви, и он рассказывал о своем служении. Я сидел, слушал его и понял, что хочу в своей жизни нечто подобное реализовать. Но тогда мне было 15 лет, я учился в 10 классе, и мне нужно было определяться, куда пойти учиться дальше. Все мои одноклассники уже знали, а я находился в некой прострации. В начале 11 класса я даже пошел поступать в аграрный университет на юридический факультет, но так ничего и не сделал, потому что в какой-то момент понял, что нигде, кроме служения, я себя больше не вижу.

— И ты получил в итоге какое-нибудь светское образование?

В итоге, нет. Я сразу после школы поехал учиться в библейское учреждение. Так получилось, что я поехал сначала в Румынию, там семинария была. Но ввиду разных причин закончить ее не удалось, отучился один год, потом вернулся назад в Россию. И самым доступным на тот момент для меня был Западносибирский библейский колледж в Омске, который я и закончил. И получил степень бакалавра служения.

— Ты уже упомянул, что в 15 лет услышал призыв на миссию, а во сколько лет ты осознанно покаялся?

Происходило все почти одновременно. Я и до этого каялся, когда слышал призывы, но больше делал это за компанию с кем-то. Мне было 15 лет, была весна. У меня произошла личная трагедия – умер мой друг. Я возвращался с концерта музыкального оркестра, увидел, как в сквере около моего дома стоит друг, с которым мы хорошо и долго общались. И он стоял и курил одну сигарету за другой. Я спросил, что случилось. Он был очень взволнован, и ответил, что Антоха умер. У Антохи был День Рождения, они поехали кататься на лыжах, и в пьяном состоянии переходили пути железнодорожные, не услышали шум приближавшейся электрички, и его с двоюродным братом сбило насмерть. Я пришел домой в полнейшем шоке, и в тот момент Бог начал меня касаться. Бог говорил мне: «если бы ты был с ним, где бы ты сейчас оказался?». И мне не нужно было долго искать ответ на этот вопрос – с воскресной школы я все знал, я знал, что оказался бы в аду, потому что жил как попало. В тот вечер я покаялся. Через месяц услышал призыв на миссию. А в августе принял крещение.

— К какому служению Бог тебя призвал после покаяния? Чем ты стал заниматься?

Вообще у меня всегда была мечта быть миссионером, но я понимал, что сразу миссионерами не становятся. Участвовал в разных служениях: в клубе Авана, в хоре, в подростковом служении, в молодежном. Так Бог меня формировал.

0gny6dQsADM— Итак, ты начинал со служения в Красноярске, как получилось, что ты попал в Норильск?

В Красноярске у нас была очень большая церковь, и однажды прозвучал призыв к членам церкви, чтобы мы начали делиться и уходить на организацию маленьких церквей. И почему-то я подумал, что этот призыв лично для меня. В большой церкви очень много молодежных служителей, было бы здорово пойти потрудиться в другое место. В течение следующих 7-8 лет я начал проповедовать, стал частью братского совета. И потом произошли определенные обстоятельства, в связи с которыми был нужен новый пастор в Норильске. В один день наш епископ позвал меня, объяснил ситуацию, предложил подумать и помолиться о Норильске. И тут, как говорится, все кусочки мозаики сошлись воедино. Я слышал призыв о Норильске в 15 лет. Потом в 2008 году был там на краткосрочной миссии, мы помогали с организацией детского лагеря. Тогда Норильск очень сильно запал мне в сердце. Во время этой же поездки я познакомился со своей будущей женой, и так Бог милость к нам явил, что и для нее Норильск стал тоже особенным городом. И когда поступило это предложение, Бог словно бы собрал весь паззл воедино. Я просто понял, что вот к чему меня Бог в реальности готовил. И мы с женой поехали в Норильск.

— Расскажи немного о своей церкви в Норильске.

Обязанности мои очень простые – я пастор церкви. На данный момент пока еще не рукоположенный, так называемый, исполняющий обязанности пастора. И включает в себя это и духовное формирование церкви, и административные вопросы. В Норильске есть такое понятие, как Норильский промышленный район (НПР), и в нашем НПР существует три церкви. Две церкви находятся недалеко друг от друга – это Центральная церковь, в ней насчитывается где-то сорок членом, и в районе Талнахе есть около двадцати верующих. И есть еще церковь в Дудинке – это 90 км от Норильска, там 8 человек, в основном бабушки. К ним мы раз в месяц приезжаем с вечерей. Чаще из-за погоды ездить сложно.

Ej75lwpfXBAИ, пользуясь случаем, вдруг через мои слова Бог у кого-то сложит все паззлы. Братья, если есть у вас в сердце какое-то переживание и желание служить на миссионерском поприще – группка верующих в Дудинке пока еще остается без своего постоянного служителя. Дудинка совсем несладкое место, там нелегко. Но если Бог призывает, то Он и силы дает.

— Заметил ли ты какие-то отличия людей там от людей в Красноярске?

В Норильске живут точно такие же грешники, как и везде, особой специфики нет. Разве что Норильск – это город рабочих, он не предполагает отдыха, развлечений. В Норильске люди работают и живут мечтой уехать. Эта мечта периодически реализуется, и где-то в год нашу церковь покидает от 5 до 10 членов. Но, надо сказать, что Бог приводит и новых. Удивительно было в том году: из нашей церкви уехало 8 членов, но 8 новых приехало. Бог восполнил баланс. Для благовестия Норильск сложный город, потому что в нем живут самоуверенные мужчины, которые работают на тяжелых профессиях – это шахтеры, литейщики. И эти мужчины имеют достаток и убежденность, что они всего добились сами, для чего им Бог? Для них часто важнее видеть свидетельство делами, а не словами. Одна из важнейших частей нашей мисси – показывать Христа всей своей жизнью, что я могу также работать в шахте и быть христианином.

— У тебя уже было духовное образование, почему ты решил его продолжить именно в НББС?

Духовное образование существует не для того, чтобы появился диплом, потому что, когда ты встаешь за кафедру – диплом у тебя никто не спрашивает. Твоя проповедь – это твоя презентация. Образование позволяет человеку углубиться в познание Бога, Слова Его, познание методов и способов изучения Писания. И я знаю, что как раз новосибирская семинария специализируется на языках и на проповеди, и это то, что необходимо мне в моем служении. Я закончил колледж в 2005 году, это было очень давно, многое забылось, и по молодости лет я не был слишком качественным студентом. Поэтому я хотел бы укрепить свои навыки и обновить свои знания.

— Какие впечатления от первой сессии?

Я ожидал худшего, но нет ничего невыполнимого. Идея того, что в семинарии крайне сложно многих отпугивает. И пока на уровне первого курса нужно прикладывать усилия учиться, но основное – это самодисциплина. Если делаешь все вовремя, не копишь долги, то тебе не слишком сложно. У нас комфортные условия, хороший распорядок, хватает времени на сон и отдых. И главное, конечно, самодисциплина. Но уже на первом курсе мне показали тот уровень знаний, который впереди есть – ту глыбу, которой у меня пока и в помине нет.

— Какие предметы есть у тебя сейчас?

Введение в экзегетику и герменевтику, введение в Ветхий Завет, прошла методология учебной деятельности, сегодня закончился курс введения в языкознание. И очень интересными были занятия по семейной жизни пастора.

— Какой предмет показался наиболее сложным или интересным?

Сложнее всего с предметом, который связан с языком, потому что многое со школы нужно вспоминать. И чем больше узнаешь, тем сильнее понимаешь, какая у предмета серьезная глубина. Самый интересный, наверное, введение в Ветхий Завет, потому что преподаватель действительно показывает тебе то, чего ты сам никогда не видел и не обращал внимания. А самый практичный уже здесь и сейчас – это, пожалуй, введение в экзегетику.

— Конечно, все еще может поменяться, но если бы на данный момент ты сказал: «К концу учебы в семинарии я хочу…». Какую бы основную цель ты себе поставил?

Для себя хотелось бы выучить языки, еврейский и греческий, на каком-то уровне, а так же уметь проводить хорошее экзегетическое исследование текста, потому что в проповеди часто не хватает именно грамотного исследования.

Похожие статьи

Comments are closed.